трансляция идейного проекта Вход

74 Порция L


            Осталось сочетать несочетаемое, хотя фактически невыполнимая задача напрягает только ум! Ибо мыслительная область сопротивляется у входа, а в будущее не пускает накопленный разумом объем.

            Индивидуальные значения не привыкли ужиматься, весь предшествующий период их учили только вширь расти. Никто не воспринимал знания как данность, мешающую вперёд пройти!
            Раздутая, напыщенная, теоретическая область давно витает в облаках. Она ошибочных предпосылок упрямо не замечает, она летит туда, где шумные ветра гудят.
            Вербальной шелухой завалены каналы, и от вещательных потоков пухнет голова, но когда бы тишину познали, тогда бы убедились, что действует не мысль, а рука!
            Специфика повсеместно установившихся рыночных отношений такова, что никто не заинтересован в исправительной работе. Нет ни финансового, ни репутационного интереса очищать социальное пространство от лишнего шума, бредовых идей, умышленных провокаций.
            Никто не собирается убирать ложь, ибо честная позиция попросту невыгодна. Тогда как альтруистический подход закрепляет за индивидом придурковатость, с которой тот выходит на сражение с ветряными мельницами.
            В результате создаются условия для поощрения лжи, попустительство которой как минимум проще, а как максимумом сулит возможные бонусы.
            Скажем, слетали американцы на Луну. Прошла грандиозная государственная программа, и восторжествовал гражданский дух.
            Следом идет программа другая и мелкими интрижками прокладывает себе путь. Ибо там же, из недр NASA, где тысячи людей трудились, чтобы поднять государственный престиж - там же выделяется фигура Билла Кейзинга (компания Rocketdyne), идущая на очевидную провокацию и замазывающая лунные экспедиции подозрениями в небылице.
            Озвученные сомнения столь неожиданны, что официальный ответ был бы неуместен. Однако проявленное попустительство к заведомой лжи с течением времени обернулось массой возросших сторонников, а мелкая слабость с годами обернулась горами отпочковавшейся фальши.
            Теперь уже правда выглядит унизительно. Теперь уже действительное событие вынуждено оправдываться, ибо больше пользы видится во вздорной шелухе.
            Кажется, что оставленные завалы пустых подозрений и пласты умышленно разбросанной фальши могут оказаться полезными. Что поощряемая ложь об инсценированном полёте поспособствует возобновлению интереса к Луне и ренессансу космической активности.
            Не поспособствует. Не поможет.
            Поощряемая ложь добрых перспектив не принесёт.
            Это нонсенс. Ибо ложь привлекательна в краткосрочных задачах, но на длительных периодах она отыгрывает своё.
            Ложь не удовлетворяется предоставленным пальцем, но она отхватывает по самую руку. Ибо у лжи есть своя «механика» процесса, и у неё есть свои законы функционирования.
            Говорят, что, подсаживаясь за карточный стол к шулерам, нужно быть готовым к проигрышу. Вот только повсеместно поддерживаемое утверждение распространяется на кого-то ещё.
            Только новички адресуют ожидание проигрыша непосредственно себе, в то время как рост карточного мастерства возвышает самоуверенность с одновременным ожиданием обязательно встречаемых бедолаг.
            Усаживает за стол отнюдь не логика, и не она возвращает за азартную игру. Но даже мастеровитых участников волнительного действия удерживает непрогнозируемый плен.
            Поддавшись на игру и согласно разделяя её правила, фактически человек ощущает срок, когда фальшивая игра заберет с лихвой всё, что прежде предоставляла в долг.
            Не единожды доказанная игровая закономерность не в силах всё же остановить участников интригующего процесса. Любые доводы или железобетонные аргументы лишь подогревают интерес, ибо ощущения обретает плотское воздействие, когда за мыслью оставляет мышца след!
            При недостаточной бдительности, при халатном отношении к пустякам размноженные слабости могут неожиданно собраться  в такой непреодолимый круг, что буквально парализуют свободную волю.
            Пропускаемые мимо пустяки вдруг становятся настолько остры, что фактически подчиняют себе человека. Ибо привычная свобода поведения упирается в отсутствие выбора и в диктатуру указуемого пути.
            Кто попадает в принудительную ситуацию, тот уже ничего не говорит, но вынужден делать. Тот, кто остается цел и кому удается выбраться из западни, предпочитает уже не озвучивать нелицеприятный плен.
            В итоге о последствиях ничего не слышно, но звучат лишь развлекающие голоса у входа. Нет предупреждений, что с болезнью нужно бороться, но зато имеется масса рекомендаций, что с болезнью достаточно сотрудничества.
            В условиях декларируемой свободы фактически системе на человека наплевать. В обязательных условиях соблюдения индивидуальной свободы человек даже не предполагает, в какое непреодолимое болото увлеченно погружается.
            Доминанта личного выбора, взамен общественно значимого поведения, заводит одинокого человека в непреодолимые ловушки.
            Так лукавые теории добиваются мутации человеческого поведения, а достигаемый результат выбраться практически не позволяет.
            Знать и делать – не одно и то же!
            Знать и не делать - также оказываются состояниями несочетаемыми.
            И чтобы обществу не исчезнуть через индивидуально неисцелимую болезнь, потребуется пойти дорогой изменений. Чтобы открылась возможность уберечь или помочь, потребуется пойти срединной дорогой.
            Той дорогой, которая заложит здравый социальный путь. Между принуждением и не знающей мер свободой обязательства укажут суть.
            


Поделиться: