Выход трансляция идейного проекта Вход

69 Порция D


            Террор пролетариата, принудительные работы, тюрьмы, изоляторы и особо опасные категории отражают собой не пустой звук. Но обильная терминология донесла до нас существование целой лагерной системы со сниженными нормами довольствия и минимальными расценками труда. 

            Лагерная система не появилась одномоментно, но проходила этапы становления, она постепенно распространялась по территории и закрепляла механизм человеконенавистных, лютых форм.
            Она, лагерная система, уходила предвестниками ещё в монархический строй, равно как и не полностью заканчивалась холодным летом 1953 года.
            В море доступной информации центральное значение приобретает цель. Ибо важны не столько найденные и забытые свидетельства, но смысл появляется у факта в зависимости от того, какая преследуется задача.
            Сановники трехсотлетней империи не хотели ничего менять. Коммунистическая партия Советского Союза, победив особо сильного немецкого врага, также обзавелась критериями избранной самодостаточности.
            Пропитывание советской иерархии состоянием изолированной стабильности определяется в динамическом русле. В отличие от характеристики конкретного события полнота содержания передаётся всей тянущейся цепью.
            После первых послевоенных лет, полных ожидания благотворных перемен, карательная машина начинала отменять допущенные уступки. После фашистских зверств и концентрационных лагерей гражданское население тут и там сталкивалось с системным произволом.
            Кому-то вспоминались старые долги, у кого-то выискивались неблагонадежные моменты биографии военных лет. И вместо развития состояния добытой радости государство вновь зазвенело кандалами.
            Риски, подвиги, поступки мужества и неафишируемого геройства - всё должно было быть не вознаграждено, но с опущенной головой отправляться по одностороннему этапу.
            Немыслимо.
            Карательная политика, водрузившая на себя роль государственного строительства, продолжила отработанный порядок действий. После исчезновения чужеродного врага вредоносный элемент вновь начал выискиваться в народных недрах.
            Вспышка послевоенного бандитизма связывается историками спецслужб с обилием трофейного оружия. Однако даже в отсутствие достоверных данных от криминалистов можно утверждать, что никто не связывает прирост численности бандформирования с ужесточением внутренней политики.
            Вкусив выстраданную и долгожданную победу, люди сталкивались с тем, что не были оправданы их надежды! Солдат Родины, не раз смотревших в глаза смерти, не выпускали на заслуженное осуществление мечты, но вновь преследовали, зажимали и немилосердно карали.
            Остовы разрушенных зданий, уничтоженные города и пепелища деревень сначала еще скрывали противоречия системы. Но, по мере восстановления народного хозяйства, кощунственная неуместность истязательных подходов довлела всё больше. 
            Ядерное отставание, Фултонская речь, Бреттон-Вудское соглашение формировали вокруг СССР внешнеполитическое ограничение. Однако развивающаяся мировая изоляция не отражалась послаблением в семье народов, но, наоборот, набирающая обороты дипломатическая враждебность сулили активировать поиск вражеских агентов изнутри.
            По ленинградскому делу не наказали снижением в должности или лишением постов, но расстреляли руководителей города-героя Советской страны. Фронтовиков, блокадников, неотъемлемых участников дела Великой победы уничтожили хуже оккупационных властей, заодно также разметав и их семьи.
            Подозрительность разъедает миролюбивое окружение, и по аналогии предвоенного периода – томящиеся желания сами способствуют появлению продуктивного результата.
            Подобно тому, как идейному государству были нужны крайние лица, чтобы списать на них промахи коллективизации или ущербы индустриализации, так по макетам шахтинского дела или дела промпартии послевоенный период ознаменовался делом врачей.
            Органы доказывают свою полномочность с каждым витком осужденных лиц. Чины госбезопасности крепнут возможностями с ростом числа наказанных граждан. Расширяемый арсенал особых методов дознания помогает выделять врагов, агентов и заговорщиков в проверенных и хорошо зарекомендовавших себя людях.
            Потому в пытках с готовностью принимают участие не только рядовые сотрудники, но даже заместители и сам министр МКБ В.С. Абакумов не гнушались закатывать рукава.
            Люди, угодившие в железные лапы органов, не имеют шансов выбраться без потерь. Органы как одушевленные ведомства не имеют психологических установок на отступление, на шаг назад, на признание ошибочности собственных подозрений. Но, наоборот, отсутствие признания и факта подписи стимулируется упрёками в профессиональной некомпетентности и личным взысканием – «не додавил!», «не дожал!»      
            Мотивация следственной работы, в сущности, проста: забывая про качество, карьерная лестница проходится быстрее на количестве.
            И в годы, когда прокуроры получают от государственных руководителей молчаливый заказ, карательная система стремительно разгоняется на поглощающие обороты.
            Не получилось у подозреваемых врачей добиться признания в существовании заговора?
            Тем лучше. Можно непринужденно повесить ярлык происков сионизма и, раскрутив еврейский вопрос, лично прославиться. Ведь общество всегда пылко реагирует на провокации, так или иначе связанные с антисемитизмом.
            Итак, чтобы понять значение оттепели, следует прежде ощутить состояние собственной уязвимости. Нужно самому прочувствовать страх, чтобы насладиться освобождением от него.
            Эпоха оттепели прочно впечаталась в народную память совсем не случайно. Но время, следующее за смертью вождя, словно бы возвратило утраченные краски на черно-белый холст.
            Это время расцвета, это время окрыленных надежд, это время выхода на долгожданную свободу.
            Крестьяне получали паспорта! Советская страна увидела в половине своих граждан полноценных людей!
            Аграрная половина государства, по-рабски прикованная к плугу, получала возможность выбраться из угла и спокойно перемещаться внутри собственной Родины. Ведь паспорт – это не простой бумажный документ, но документ, потеря которого оборачивается бесправием для человека.
            Обескровленный народ устал выдавливать из себя крохи. Люди давно намеревались лучше жить, и наступившая оттепель предоставляла тому видимую возможность.
            Скажем, автосалоны стали знакомы широким массам уже после распада СССР. Однако ставить гражданскую продажу автомашин в заслугу капитализму будет делом некорректным. Потому что первые автосалоны в крупных советских городах открылись ещё в начале 1960-х. Невероятным кажется то, что можно было приобрести не только мечту ГАЗ М-20 «Победа», но и вовсе такую роскошь как марку ГАЗ 12 «ЗИМ».
            После суровых годин выживания и существования на грани период оттепели принёс людское воодушевление. Страна буквально расправляла крылья, чтобы взлететь.
            Впрочем, долгого полёта не последовало. Сложившийся монолит народа, армии и власти начал разрушаться сверху.
            От решения к решению, от страдания отдельных персон до ущемления целых классов и национальностей оттепель набирала свой тяжелый груз противоречий.
            От общего состояния ожидания перемен, она быстро перешла к местечковым веяниям удержания стабильности. Постепенно набиралось число мест, где допускалось оберегание личного постоянства даже за счёт нанесения прямого ущерба для страны. 
            


Поделиться: