Выход трансляция идейного проекта Вход

68 Порция L


            Концентрация немецких войск на направлении главного удара и равномерно растянутое оперативное построение советских войск. 

            Такая каноничная формулировка научно-популярно объясняет причину оборонительных неудач советских войск. Именно такое емкое определение явилось результатом исследовательских трудов, чтобы самим себе объяснить причину бед первых военных лет.
            Ведь имея сравнимую или превосходящую численность в живой силе, танках, артиллерии и самолетах, мы должны были и сопротивляться наравне. Особенно когда собирались «бить врага на его территории, а одерживать победу малой кровью» с обязательной поддержкой «братьев по классу» в лице трудящихся напавшей стороны.
            Однако свершающееся событие, словно акт воплощения, действует невзирая на субъективное желание или отсутствие оного. Ибо практика оставляет места теории, в лучшем случае, на 4% действительности.
            СССР не обнаружил помощи в немецком тылу, но трудящиеся Германии ринулись стройными рядами на земли необъятного Востока, чтобы покорять, грабить и царствовать.
            СССР сразу не досчитался многих из своих боевых подразделений потому, что для стойкости существуют более значимые факторы, нежели численность. Оказалось, что количественное нагнетание сухопутных войск более радует бумагу статистическим наполнением, но в военной обстановке большее значение приобретает оснащенность, укомплектованность и слаженность действий.
            И взаимодействие частей есть взаимодействие одного армейского организма, здоровое состояние которого не передается сухим перечислением конечностей, органов и структур. Зато, наоборот, условия доносительства, запугивания и фальсификации способны верно передать «запах» тела, охваченного болезнью.
            Сосредоточение 41% вооруженных сил СССР в приграничных землях более отражает не тактику создания глубоко эшелонированной обороны, но вернее передает состояние инициирующего лица. Ведь рассредоточение войск вдоль всей государственной границы раскрывает не столько логику изоляции, но сколько возбужденную мотивацию:
            - Пусть только сунутся!
            И если немецкий военачальник К. Клаузевиц узнавал полководца по его поведению в минуты опасности, то столь же явно стратегические решения передают состояние лидирующего государственного деятеля.
            И.В. Сталин не умел отступать в политической борьбе, потому и оборонительным действиям серьезного значения не придавал!
            Пылкий большевик не знал, что такое уступки врагам трудового народа, равно как и приказ на отступление психологически отдать не мог!
            Едва ли не главные годы вождя, приведшие его к вершине руководства СССР и полноте аккумулированной власти, сознательно проходили в направлении – только вперёд! Невозможно представить единоличного товарища Сталина в состоянии пересмотра собственных решений, отмены прежних приказов, прилюдного исправления допущенных промахов.
            Верный ленинец и образцовый коммунист всегда видел направление действиям прямо перед собой. Побуждающая причина, равно как и источник возможных бед, всегда были наглядно представлены, они всегда были в ком-либо олицетворены.
            Борьба с противником, осуществляемая в атаке – обозначает силу. Наступление Красной Армии – единственно допустимый ход боевых действий!
            Сформировавшееся мировоззрение вождя регулировало среду Политбюро и рабочую атмосферу Генерального штаба. Гонка за сроки, сокращение времени на подготовку, скорейший ввод новоиспеченных частей, масштабные переброски войск, акцент на штурмовую авиацию и заслоны из заградительных отрядов – все решения Ставки ВГК произрастают из умения непременно давить!
            Сталин оборону не любил. Главнокомандующий оборонительные сражения не понимал, поскольку сам изменяться, отступать, осуществлять шаг назад не умел!
            Советские части попадали в котлы, оказывались в плену и исчезали потому, что Ставка не имела психологических возможностей сказать альтернативе «да».
            В суровой, личной, единственно правильной решимости не могло найтись места уступчивости, пониманию, исправлению. И такова была не столько прерогатива воцарившегося вождя, сколько итоговое состояние всего пути существования карательной системы.
            Вся последовательность нахождения у руля, начиная от 1917 года - к 1922, к 1937 и 1941 годам, могла и вывела руководящее звено большевиков к единственно доступному непреклонному поведению. Всей чередой принимаемых решений структурируемая страхом система неуклонно приближалась к рубежу, где в подчинении зияла неподвижность!
            Неподвижность обрастала мотивационными привилегиями! Неподвижность руководила действиями, которые даже если и предпринимались, то вполне достаточным оказывался показушный результат.
            - Броня крепка и танки наши быстры.
            - И вместо сердца пламенный мотор.
            - Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин
            - И первый маршал в бой нас поведёт.

Показуха - в значении выдавать желаемое за действительное. Показуха - в значении несоответствия. Показуха - в значении удобного существования за счёт сокрытия ошибок.
            Показуха в партийных и военных верхах, показуха на производстве и киноплёнке, показуха в министерской отчетности и величине выявленных врагов народа.
            Все изображали бурную деятельность, лишь бы лично не оказаться в жерновах.
            Поражение советской авиации 1941 года?! Проигранное небо и уничтоженные самолеты прямо на взлетных полях?!
            Так репетиция трагедии произошла ещё за несколько лет до вторжения Германии, когда мы вместе с союзной Монголией вознамерились побить заклятого японского врага. И тогда, находясь в состоянии войны, японцы также умудрились внезапным нападением нанести советской авиации тяжелые потери с уничтожением летной техники.
            Вдруг вскрылось, что крайне низкое качество запасных частей наложилось на необученность летного состава. Самолеты числились, но не летали! Звенья значились боеготовыми, но не исполняли тактику ввиду слабого навыка и поломанных двигательных частей.
            И не миновать бы имиджу СССР звонкой оплеухи, с последствиями куда стыдней, кабы не пришедшие составы бронетанковой подмоги и не прилетевшие полки поздоровей.
            Мы оказались сильнее на Халкин-Голе не потому, что проявили гибкость мышления, незаурядный полководческий талант и доказав превосходство не числом, а умением. Но мы одолели схватку с японцем – додавив!
            Переброской лучших летчиков и слетанных между собой групп под командованием Героя Советского Союза Я.В. Смушкевича мы добились господства в воздухе. Следом пришла победа и на земле, когда руководство операций возглавил неудержимый кавалерийский командир Г.К. Жуков.
            Нарушая все каноны и отправляя в бой танковые подразделения без пехотного прикрытия, Жуков окончательно утвердил доктрину наступления, чем, вероятно, немало повлиял и на свой карьерный рост.
            Подавление японского сопротивления и свершение планов в скоротечной схватке ясно показало, что не могли начаться перемены. В ситуации, когда вековая Российская империя проиграла малому соседу, а молодой Советский Союз взял реванш, не могло последовать кардинальных пересмотров политического руководства.
            Скорее, наоборот. Для тщеславного анализа из кремлевского кабинета складывались самые обнадеживающие выводы, которые всесторонне и всецело подкрепляли выбранный ранее курс.
            Необходимость оправдывала чистку гражданских рядов и репрессии командного состава РККА. Обязательными расстрелами - хоть армейских фигурантов дела маршала М.Н. Тухачевского, хоть проявившим себя героем летчика Я.В. Смушкевича, Красная Армия становилась только сильней.
            Тогда как в реальности разорванные социальные связи усугубили пробелы в армейской среде. Где посты оказались заняты лицами не по рангу, а внезапно освободившиеся должности не позволяли объять глубину дел «наспех и впопыхах».
            В итоге внешне происходила вполне работоспособная замена высокопоставленных персон, но в глубине скрывающиеся надрывы связи более напоминают состояние утраченной функциональности!
            Ведь значимы оказываются сущие детали!
            Для демонстрации попробуем ответить на заданный вопрос. Так что же скрывается за формулировкой «концентрации немецких войск на протяжении?» И чем конкретно немцы преодолевали сопротивление советских войск?
            Немецкое командование наводило силы и наносило удар по стыку! Оно било всей мощью в промежуток между советскими боевыми частями! Моторизованная, многокомпонентная, мобильная война научилась видеть и бить в связь!

 

 
            


Поделиться: