Выход трансляция идейного проекта Вход

32 Порция L


            Зачем кому-то умирать, чтобы он нами был замечен?!

            Такова известная строчка, передающая закономерности общественной среды, которые одинаково могут быть обозначены признаками традиций, правил, специфик.
            Что имеем, мы не ценим, потерявши - слезы льем.
            Фольклорное утверждение со схожим смысловым наполнением и выделяющее акцент в бытовом игнорировании.
            Казалось бы, ничего нового. Все люди в курсе, все осведомлены и даже согласны.
            - Что дальше-то?! Что хотел сказать, зачем отвлек?!
            Тратить время на анализ простых вещей есть дело крайне несерьезное. Уделять внимание тому, что понятно всем и каждому, есть характеристика капитана – очевидности.
            Тогда каким образом можно указать, что беспечно валяющийся фрагмент является недостающим элементом от счастья? Как указать, что лучше толпе перестать пробегать, но стоит задержаться и переосмыслить?
            Чтобы беличье вращение ежедневного колеса смогло быть переустроено по гармоничному способу колеса жизни, требуется отложить традиции и привычки позабыть. Тогда освобожденное место для перемен жизненного пространства благоприятно отразится на каждом участнике необычного действа.
            В начале прошлого века, когда человечество только-только приступило к освоению воздушных пространств, уже находились люди, смотревшие дальше. Фантастические идеи Герберта Уэллса и Жюля Верна обретали популярность беспрепятственно, но прагматичные предложения К.Э. Циолковского упирались в равнодушную стену.
            Наличие логики и математических вычислений в идеях школьного учителя, оказалось недостаточным подпором для продавливания академической инертности. Работы самоучки оставались неизвестными в продвинутой общественности царской России, они рисковали безысходно пропасть и в России советской.
            Не было общественного обсуждения, профессионального анализа и проявления пристального интереса, но был труд в пробегающей мимо стране.
            Был труд, скрывающийся в провинциальной оболочке для страны озабоченной освобождением Константинополя или розжигом пожара мировой революции. Был труд, оказавшийся ненужным для страны без дирижаблей, без передовой авиации и тем более, без перспективных ракет.
            Был труд, могущий оказаться невостребованным, пока в последний момент И.В. Сталин не приказал – изучить! И тогда люди страны, привыкшие  дисциплинированно жить, приступили к рассмотрению скопившихся бумаг.
            Отец космонавтики К.Э. Циолковский прожил незамеченную страной жизнь. Писатели-фантасты предались огласке и получили распространенность, а человек, пытающийся внедрить развитие авиации, не удостоился при жизни признания.
            Изобретатели, новаторы, модернизаторы – заплёваны, унижены и забыты. Их сердце изранено шрамами пропорционально попыткам безразличную стену пробить.
            Заключенный Ю.В. Кондратюк не переставал думать о завоевании межзвездных пространств. Гений-самоучка, живя в холодной Сибири, сумел рассчитать траекторию полёта до Луны и энергетически выгодную модульность лунной экспедиции.
            Он же смог опубликовать микроскопическим тиражом руководство к действию: «Тем, кто будет читать, чтобы строить».
            Но пионер ракетной техники сгинул на фронтах Великой Отечественной войны, хотя его брошюра и оказалась незаменимой для С.П. Королева и разработчика американской лунной программы - Джона Хуболта.
            Однако ещё прежде тетрадь Ю.В. Кондратюка с математическими расчетами оказалась в руках Вернера фон Брауна.
            Немцы известны в качестве первых ракетостроителей и этот факт не является чрезвычайно новой информацией. Но тот вопрос, почему именно Германия пошла по вертикальной дороге, мало кто себе задает.
            Бомбардировки Лондона ракетой «Фау» в угоду стремлениям Вермахта должны восприниматься лишь финальным отклонением прежде набранного разгона. Тогда как само ракетное направление зарождалось в 20-30 годах XX века.
            То есть тогда, когда Германская империя исчезла, и Веймарская республика искала способ выбраться из растерянного состояния.
            То есть тогда, когда немецкий народ проиграл Великую войну.
            То есть тогда, когда немцы оказались последними в европейском ряду, с потерянными территориями, репарациями и позором.
            Немецкое общество недосчиталось, упустило, растратило. Оно оказалось в состоянии ущерба и потому искало способы исправления своей слабины.
            Выбираясь из ямы, люди увлекались ракетостроением и объединялись в общества космических путешествий. В состоянии недостатка немцы создали задел, который мог быть использован во благо или во вред. Где задача развития решается за счет коллегиальности или же за счет порабощения, уничтожения, за чужой счет.
            Когда немецкий народ почувствовал себя выше окружающих народностей, он и превратился в монстра-нациста.
            Потому глобальные проигрыши или победы зависят не столько от фактического момента, но сколько проявляют предшествующую последовательность. Важность событийной даты отражает подготовительную цепь, в которой выражается созидательный или разрушительный уклон.
            Само знаковое событие корректно рассматривается в смысле укрупняющихся или конфликтующих между собой взаимодействий, по итогам которых и появляется окончательный синтез или же распад.
            Советский Союз не образовался в 1922 году, ибо на жизни потерянных гражданских масс мало влиял очередной, хоть и символичный указ. Бумажное решение закручивало последствия где-то наверху, но фактически общественность распавшейся Империи жила по правилам выживания и гражданской резни.
            Задокументированная дата создания союзного государства имеет справочное значение, поскольку население не избавилось от приобретенных привычек, оно не втиснуло себя сразу в новый формат. Потребовались годы, чтобы бурление социальной среды затухало, и к 1938-39 годам количество созидательных действий превозмогло количество действий, направленных на разрушение.
            Однако молодое государство, наводя поверхностную, идейную пристойность, переполнялось изнутри противоречиями и последствиями репрессий, страшных смертей, немилосердных лагерей. Начавшаяся вскоре война, словно сильнейшая проверка, обнаружила социальную хлипкость, и последовала катастрофа несоответствия.
            Через экстремальную нагрузку, на грани исчезновения, социальная среда преодолела метаморфозу, сумев сплотиться в новейшую форму единого советского народа.
            Окрепший народ сумел разбить могущественную военную машину и доказать своё непобедимое нутро. Монолитный советский народ перенял эстафету русского народа, ибо смог синтезировать главную, единую часть.
            Торжество грандиозной победы со временем отклонилось величием, и Советский Союз заболел. Величина коммунистического строя повлияла самодостаточностью и перестала замечать потери.
            В амбициозных условиях зародился антисемитизм.
            На высоте могущества Советской империи помешали евреи. Так же, как цветущая Российская империя низвела имеющуюся проблематику к присутствующему еврейскому этносу.
            Ведь библейский народ - это народ индикатор, он первым воспринимает последствия неудовлетворительной работы людей над самими собой.
            Закрутился очередной виток, когда для евреев изменился гражданский климат некогда единой страны. Придет время, когда другие участники советского общежития выучат новое определение – тюрьмы народов. Но тление международной розни, вспыхнувшее в конфликтах республик 80-90-х годов, проявилось раньше на выдавливании одного народа из возгордившейся советской семьи.
            Когда двери в Израиль открылись, то осваивать чужую территорию направились потоки неглупых людей. Другое государство укрупнялось усилиями, а родная страна не обращала внимания на потерю укрепляющих сил.
            Пускай людской поток уносил с собой математические алгоритмы, разработки вычислительной техники, прообразы лазеров и полупроводников – ничего не жалко величию. Потерю инженерной мысли долго не видно, и не беспокоит отсутствие зарождающихся томографов, но приходит время, и обжигает факт отставания.  
            Расточительство человеческого потенциала – вот ахиллесова пята российского мировоззрения!
            Поток эмиграции незаметно уносил изобретения, идеи, искусство – то есть всё то, чего впоследствии будет так не хватать. Но пока доминирует величие, преисполняет гордость и циркулирует в массах колкий патриотизм:
            - Уезжаете?! И не надо. Скатертью дорога.
            И на советской таможне принялись конфисковывать вещи, отбирая имущество доведенных до границы людей.
            Состояние страны проживания – вот единственный значимый фактор эмиграции. И если в конце 80-х годов из СССР поехали и коренные немцы, то, значит, невыносимая страна стала другой.
            Трудолюбивых и требовательных до порядка немцев также не жалко, хотя люди снимались с постоянных мест целыми семьями, деревнями, посёлками.
            Мы потеряли и не заметили сколько, ибо никто не производил подсчета в мерах гражданской стойкости, в качестве продукции и навсегда утраченного потенциала новизны. Никто не увидел в детях эмиграции будущих глав конкурирующих фирм, чужих банков и мега корпорации Google.
            Тогда и теперь социально активным группам граждан остается по-прежнему не до того. 


Поделиться: